Пока внимание общества отвлечено, все как-то забыли, что все те мутные схемы, на которых зарабатывали разномастные ушлые дельцы, никуда особо не делись. И продолжают приносить их организаторам не меньшие деньги, чем до.
В некоторых случаях эти потоки «левых», то есть украденных у государства и людей, денег только увеличились. Пример – рынок лекарственных препаратов. Для того, чтобы понять, о чем речь, нужно дать краткую справку. Дело в том, что импортные лекарственные препараты, которые завозятся в Украину, должны пройти процесс сертификации на соответствие нормам, которые законодательство нашей страны предъявляет этим препаратам. Грубо говоря, нужна справка о том, что таблетка или ампула с лекарством являются именно таблеткой или ампулой с лекарством, а не «фуфломицином».
Понятно, что такое экспертное заключение кто-то должен давать. И вот именно в этой сфере сертификации лекарственных препаратов некоторые весьма умные граждане увидели для себя возможность заработать немаленькие деньги. Один из них – Максим Багреев, который зарегистрировал целый ряд фирм, которые и выдают сертификаты на ввозимые в Украину лекарственные препараты:
Максим Владимирович прямо или через подставных лиц владеет ООО «Кратия» и несколькими афиллированными с этим ООО компаний: «Кратия лигал», «Кратия иллигал», «Бюро Кратия», ООО «Кратиа», ООО «Профессиональные регуляторные услуги», ООО «Хелскеа», ООО «Калина медицинская производственная компания», ООО «Калина компания по развитию бизнеса», ООО «Уни-серт» и ООО «Импрув медикал». Маленькая околофармацевтическая империя.
Чем же зарабатывают все эти «кратии»? Ответ прост – так называемыми «консалтинговыми услугами». В данном случае это словосочетание в кавычках по простой причине – все эти фирмы на самом деле являются простыми прокладками, которые прикрывают банальные поборы с импортеров лекарств и раздачу взяток высшим чиновникам сферы здравоохранения.
Суть схемы проста, и лучше всего ее показать на примере с экспресс-тестами на COVID-19, которые были закуплены в Китае в самом начале эпидемии коронавируса. Тесты китайского производителя Bioeasy закупались централизовано и рекламировались как «сертифицированные в Украине». В частности, об этом заявлял столичный градоначальник Виталий Кличко, когда рассказывал о мерах, предпринимаемых столичными властями для борьбы с эпидемией.
Собственно, Кличко не соврал – тесты действительно были сертифицированы в Украине структурами Максима Багреева. Но дело в том, что почему-то никто не обратил внимания, что эти же самые тесты были отправлены Испанией назад производителю. Причины было две: они оказались неточными, но, самое главное, китайские власти официально заявили, что у производителя нет лицензии на их производство. Посольство Китая в Испании выступило с дополнительным заявлением, в котором сообщило, что «компания Bioeasy не входит в список классифицированных поставщиков такого рода продукции и не имеет лицензии на выпуск этих тестов».
Однако это не помешало Украине эти тесты сертифицировать и продавать своим гражданам в качестве официальной медицинской продукции. Как же это удалось? Для понимания процессов надо немного погрузиться в историю. До 2013 года разрешения на поставку в Украину лекарственных препаратов выдавало Государственное предприятие «Государственный фармакологический центр» (теперь оно называется «Государственный экспертный центр МОЗ Украины»). Именно оно проводило необходимые экспертизы и исследования и решало, можно ли то, что хотят привезти в нашу страну, считать лекарством или нет.
Новости по теме: Collapse of IBox Bank after searches: what role did Alyona Shevtsova’s conflict with GlobalMoney settlement bank owner Aleksandr Sosis play
Максим Багреев начал свою деятельность по поставке медицинских препаратов, если таковыми можно считать БАДы, на которых он специализировался, примерно в 2005 году. Именно тогда он наладил систему взяток в ГП «Государственный фармакологический центр». Начинал, собственно, Максим Владимирович как посредник между поставщиками и руководством Госфармцентра. «Решал вопросы». Однако это явление еще не было системным – не было ни четкой тарификации, ни четких получателей. Вопросы решались на ходу, что сильно затрудняло как деятельность самого Багреева, так и людей, которые к нему обращались.
В отлаженную систему вся эта деятельность стала перерастать со сменой руководства ГП «Государственный фармакологический центр» – стареющего академика Стефанова сменил энергичный Виктор Чумак, приведший с собой не менее энергичную заместительницу Ольгу Баулу. Они и перестроили схему «работы», решив, что куда эффективнее и безопаснее работать с легальными посредниками. Такими и стали «консалтинговые компании в сфере фармакологии». Максим Багреев немедленно зарегистрировал ООО «Паттерн»:
Которое и занялось предоставлением этих «услуг». Причем известно, что прикрывал от интереса соответствующих органов это ООО сотрудник СБУ Сергей Назаренко. Но это было только начало расцвета Багреева и компании – на этом этапе он банально выступал все тем же посредником между крупными игроками фармацевтического рынка и МОЗ Украины.
Однако такая деятельность дала возможность досконально изучить механизм взаимодействия между государством и фармакологической промышленностью. Чем Багреев не преминул воспользоваться – «консалтинговые фирмы», в которых он выступал бенефициаром, начали плодиться как грибы после дождя.
Толчком к расцвету деятельности Багреева послужили изменения правил на фармацевтическом рынке – в 2013 году Украина взяла курс на изменение правил технического доступа медицинских изделий на потребительский рынок по европейскому образцу. Тогда были приняты постановления правительства о постепенном переходе на процедуры оценки соответствия медицинского изделия требованиям технических регламентов. Было определено, что с лета 2017 года поставлять медпродукцию можно будет только после того, как некоторые компании проведут оценку соответствия ее техрегламентам и выдадут сертификат соответствия.
Смена власти в 2014 году и последовавший за этими событиями жуткий бардак в системе управления страной дал возможность одной из фирм Багреева – ООО «Уни-серт» - получить разрешение стать именно таким органом оценки соответствия медицинских изделий. То есть – выдавать разрешения на ввоз медпродукции в нашу страну. Фактически подменив собой государственный орган, ведавший этими разрешениями ранее.
Государство передало эти функции в руки тринадцати частных фирм, среди которых, помимо ООО «Уни-серт», были и несколько разнообразных «Кратий». Можно только догадываться, какие барыши принесла эта деятельность Багрееву. Специалисты отметили тогда резкий всплеск захода на фармакологический рынок Украины препаратов никому неизвестных до того индийский фирм, производящих медицинские препараты. В каких условиях изготовлялись эти «препараты» можно только догадываться, особенно отыскав на карте место расположения производств, которые находились в глухих индийских деревнях. Об их эффективности судить уже даже не приходится.
Но факт остается фактом – такой резкий скачок индийской продукции был отмечен. Как и кратчайшие сроки, в которые выдавались разрешения на ввоз этой продукции. Для понимания того, что этот процесс не может быть быстрым, напомним – речь идет о лекарствах, и для разрешения на их продажу нужно проводить клинические испытания. Есть ли хоть одна клиника у всех этих багреевских «кратий» - вопрос, конечно, риторический.
Как и почему все это происходило в сфере сертификации лекарств? Закон предусматривает, что доступ на украинский рынок может происходить по полной процедуре с аудитом производителя, либо путем признания ЕС-сертификата. Первый путь сложный и длительный, подразумевает отправку представителя органа сертификации на производство, инспектирование, оценку документации, согласование и т.д.
Второй путь — так называемая «частичная процедура признания», которая позволяет избежать проведения аудитов и удешевить процесс сертификации изделий, разрешенных в ЕС. Сертификация происходит на основе имеющегося европейского документа, из тех, с кем Украина имеет договора о взаимном признании. Документ оказывается не совсем чистым, или совсем не чистым, но украинский орган сертификации смотрит на это сквозь пальцы, а добрые консультанты еще и обеспечивают все формальные требования местного законодательства, например, «Кратия» предоставляет своего представителя европейскому или псевдоевропейскому поставщику, как было в истории с индийскими лекарствами.
В 2016 году государство несколько опомнилось и попыталось навести в этой сфере хоть какой-то порядок и стало проверять фирмы, ставшие в 2014 году органами оценки соответствия медицинских изделий.
Результатом стало несколько уголовных дел, в одном из которых - № 12017000000001548 – фигурировали ООО «Кратия» и ООО «Уни-серт». Оно было открыто по фактам поставок на государственные тендеры медицинских изделий с подделанными сертификатами соответствия.
К сожалению, в связи с государственные судебные реестры закрыты, но из ранних публикаций известно, что «в ходе досудебного расследования установлено, что должностными лицами уполномоченных органов сертификации (речь идет об «Уни-Серт») при проведении работ по оценке соответствия импортируемых медизделий, оборудования и производственных участков осуществляется нарушение требований Техрегламентов, утвержденных Постановлениями Кабинета Министров Украины № №753, 754, 755 от 02.10.2013 года, а также реализацию за бюджетные средства медицинских изделий, не подтвержденных по показателям безопасности и эффективности и без гарантийного обслуживания… В ходе расследования установлено, что «Кратия ЛТД» являлась контрагентом с органом сертификации медицинских изделий и осуществляет сертификацию и выдает сертификаты соответствия на медицинские изделия с возможными нарушениями требований Технических регламентов…».
В офисах ООО «Кратия» и ООО «Уни-серт» были произведены обыски и изъяты документы. Но дело застопорилось. И помог в этом Багрееву тогдашний зам министра экономики Тарас Качка. А сам Багреев тихо перевел основную деятельность из ООО «Уни-серт» и ООО «Кратия» в фирму-зеркало ООО «Уни-серт медикал», которое никоим образом не светилось в уголовном деле:
Хотя реестры и закрыты, однако следует отметить, что уголовное дело, в рамках которого расследовались нарушения ООО «Кратия» и ООО «Уни-серт», так ничем и не закончилось. В прессе отмечалось, что, кроме Тараса Качки, у Багреева нашлись и другие заступники. Среди них назывались фамилии Георгия Берадзе, который в свое время занимал должность и.о. председателя Государственного управления делами, а во времена президентства Виктора Януковича работал заместителем главы ГУД Андрея Кравца.
Еще одна фамилия тоже отсылает нас ко временам Януковича. Это – прогремевший в свое время хорватский бизнесмен Гранатир Желько, тот самый, который в 2009 году поставил 27 реанимобилей для МЧС по цене, втрое превышающей рыночную. Ко всему же эти автомобили оказались непригодными к эксплуатации, так как не отвечали требованиям МЧС и МОЗ.
Гранатир является партнером бизнесмена Константина Гаевского, который известен тем, что более 10 лет является единственным поставщиком медицинского оборудования фирмы Toshiba Medical (МРТ/КТ — аппараты, УЗИ, рентгены, прочее) на территорию Украины. Продажа медицинской техники осуществлялась по тендерным процедурам, по явно завышенным ценам. Однако, вместо новых аппаратов Toshibа, фирмы Гаевского поставляли в украинских больницы устаревшие, уже бывшие в употреблении, и часто не пригодные к эксплуатации запчасти.
Так что, как видно из этой краткой истории, в плане деятельности разнообразных аферистов в нашей стране за многие годы ничего не изменилось. Начинал Максим Багреев свою околофармакологическую деятельность еще при Ющенко. С тех пор пришли и ушли Янукович и Порошенко. При них у Багреева дела пошли в гору.
Но особенно «поднялся» Максим Владимирович при Зеленском. Вина тут последнего или просто Багрееву «подфартило» с коронавирусом – сказать трудно. Но вот если Максиму Багрееву также будет «фартить» и с поставками лекарств для в буквальном смысле исходящей кровью страны и дальше – это будет чревато последствиями не только для него, но и для тех, кто его покрывает в нынешней власти. И разбираться с ними будут уже не в судах, это можно прогнозировать достаточно точно.
